FMP
Wrld


Текст - Страница 11 - FMP Форум
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 11 из 14«1291011121314»
FMP Форум » Разное » Творчество » Несчастный рейс » Текст
Текст
ТимофейДата: Понедельник, 30.01.2017, 13:13 | Сообщение # 151
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
salute2       love              salute1
 
ТимофейДата: Среда, 08.02.2017, 09:53 | Сообщение # 152
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
question
 
MisterBakaДата: Четверг, 09.02.2017, 10:44 | Сообщение # 153
Бонта-прототип!
Группа: Администраторы
Сообщений: 4927
Статус: Отсутствует
Кейко ничего не сказала, когда поцелуй прервался. Только дышала тяжело. Амико действовала с точностью и целеустремленностью робота. Ее руки заскользили по телу подруги, не лаская, но исследуя. 
- З-зачем?.. - только и смогла спросить Кейко.
- Расслабься, - ответила Амико.
 
MisterBakaДата: Четверг, 09.02.2017, 11:55 | Сообщение # 154
Бонта-прототип!
Группа: Администраторы
Сообщений: 4927
Статус: Отсутствует
Выбравшийся из воды Иван смотрел на них, не веря себе. Во рту пересохло, закружилась голова. Не слабость от ран, не усталость - ничто не могло так подкосить его, как то, что происходило прямо сейчас. В темном подземелье творилось нечто сродни самым пошлым и низменным фантазиям, что хотя бы раз в жизни посещают молодого мужчину. Он не заметил, как, несмотря на холод и темноту, стало очень жарко.
Амико оглянулась, и Иван нервно сглотнул. Она смотрела на него взглядом взрослой женщины, намеревавшейся растлить ребенка. Идиотское сравнение, но в голову почему-то пришло именно оно.
Она протянула тонкую белую руку, призывая к себе. Он, не говоря ни слова, сделал шаг вперед. Кейко сидела рядом, прикрывая грудь руками, но тяжелого дыхания тонкие ладошки скрыть не могли.
Как странно все поменялось. Сначала неопытными, беззащитными детьми были они, и он почти стыдился своего влечения. А теперь он сам едва не до дрожи в коленях волнуется и мешкает. И Амико стоит на коленях, ожидая чего-то... чего-то прекрасного.
- Иди сюда, - сказала Амико. - Это мне нужно. Это нам нужно.
Не помня себя, он сделал еще шаг. И еще. Кейко смотрела заплаканными глазами, раскрасневшаяся, горячая и податливая.
- Я... - Иван не узнал собственный голос. - Я что-то не... не пойму.
И тут Кейко, шмыгнув носом, подала голос:
- Чего тут понимать? Рут с групповушкой пройден до кульминации.
Ему словно дали крепкий подзатыльник, заставляя стряхнуть морок.
- Вы... вы что, серьезно?
- Да, - кратко ответила Амико.
- Но как же...
- Иван, - она глубоко вздохнула. - Заткнись и иди сюда.
Он послушался. И подземелье исчезло. Исчезла кровь, льющаяся где-то наверху. Исчез таинственный заговор. Исчезло все, кроме них.
 
ТимофейДата: Пятница, 10.02.2017, 11:59 | Сообщение # 155
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
Наконец,
Иван открыл глаза, полежал, глядя в подсвеченный фонарем округлый бетонный свод
трубы водовода, и мягко проговорил:

Невероятно хорошо с вами, девчонки, но лежать некогда. Нужно дальше, дальше,
дальше...

Сто лет так сладко не спала... еще хоть пару минуточек... – сонно пробормотала
Кейко, не демонстрируя никакого желания отпустить Засельцева и лишь покрепче
прижавшись щекой к литым грудным мышцам. Амико же сразу дисциплинированно проснулась
и села, потерев лицо ладонями. Бросила взгляды по сторонам, вспомнила, что
произошло, и что совершенно обнажена – но на ее спокойном лице не возникло ни
следа смущенного румянца. Впрочем, не осталось на нем и отблесков того
скрытого, подавленного, лихорадочного огня, сжигавшего ее изнутри. Девушка лишь
испытующе смотрела на Ивана, и лишь самые уголки ее губ тронула едва заметная
загадочная улыбка.
Иван
улыбнулся в ответ, взял ее тонкую руку и поднес к губам.

Ты прекрасна, Амико.

А я?.. – тут же раскрыв глаза, ревниво поинтересовалась Кейко и требовательно
поскребла его грудь ноготками.

А ты еще лучше, – ответил Иван, чмокнув ее в лоб, уселся и хрустнул плечами,
разминаясь. – И потому я обязательно должен вас отсюда вытащить. Сугубо
собственнический интерес, вот теперь как это можно назвать.

Так вы собственник, Банька-сан?! Синяя Борода, суровый властелин, запирающий
пленниц в башню из слоновой кости?.. – принялась дурачиться Кейко, совершенно
явно пребывавшая в прекрасном расположении духа. Прикрываться она не спешила, и
даже забросила руки за голову и изогнула спинку так, что ее небольшие острые
грудки обрисовались во всей юной красоте.

Ну, зачем сразу в башню?.. Женщину можно еще на кухню пристроить, – с намеком
заметил Иван, не упустив случая полюбоваться. – Давайте перекусим по-быстрому,
и начнем дыхалку упражнять.
Амико,
на лице которой теперь тоже было более расслабленное, мягкое выражение,
натянула сутану, подобрала рюкзачок и высыпала на спальный мешок трофейные продукты.


Ува-а-а! Красота – как на пикничке в парке!.. – Маэми довольно потерла руки и
облизнулась.

Помнишь, однажды мы ходили на ханами[1].Только сидели каждая со своим классом, – с ностальгической ноткой в голосе вспомнила
Амико.

А теперь вместе, – кивнула подруга, потроша пачку «сникерсов». Потом повертела
в руке шуршащий оберткой кирпичик сушеной лапши. – Жаль, сварить не в чем.

Можно и сухими грызть, очень даже нормально, – возразил Иван, наряжаясь к
завтраку – то есть, попросту надевая плавки. – Хоть прямо на ходу. Первейшее
дело для нашего брата-диверсанта. Но объедаться сейчас не стоит; червячка
заморим и за дело. По часам, кстати, уже шесть, до рассвета недалеко. Если не
проплывем сейчас, то придется еще сутки здесь сидеть, пока не стемнеет. На
свету все же есть опасность попасться на глаза супостатам.

А вы ведь уже попробовали нырять? – спросила Амико. – Как... как там, в
тоннеле?

Очень страшно, или не очень? – уточнила Кейко.

Не очень, – уверенно ответил Засельцев. – До дна водобоя я сразу нырнул – тут
метров двадцать, но на полную глубину нырять не придется – вход в тоннель
метрах на шести, широкий, гладкий, и сразу заметно вверх идет. Вам обязательно
надо будет уши продувать на спуске, чтобы не болели.

А отчего они будут болеть? – не поняла Кейко.

Когда глубоко ныряешь на задержке дыхания, вода начинает давить снаружи на
барабанные перепонки, если ничего не делать, может и порвать. Это, правда,
метров на десять надо уйти. Здесь такого не потребуется, но чтобы все было
штатно, зажимаете нос и как бы пытаетесь в него выдохнуть. Давление в среднем
ухе повышается, боль сразу пропадает. Это потренируем первым делом,
естественно.
– Я слышала еще, что под водой даже могутпорваться легкие, – вспомнила Амико.

Нет, баротравму легких можно получить, только когда на сжатом воздухе ныряешь. Там
чем глубже, тем редуктор больше давление дает в легкие, чтобы столб воды не
расплющил. И когда всплываешь, надо обязательно выдыхать, чтоб лишний газ
стравить, не то действительно легочную ткань может порвать. Но тут у нас
аквалангов нет, поэтому и опасности такой не имеется вовсе.

А ведь и с аквалангом нас звали нырнуть на Окинаве, помнишь? – почесала в
затылке Кейко. – Приставал какой-то гайдзин... ой, простите, Банька-сан! –
иностранец какой-то на набережной. Загорелый такой, с дредами, как у
афроамериканца. Мы не пошли с ним, конечно, еще чего!

И вот не знаем самых элементарных вещей, – вздохнула Амико.

Все это дело наживное. Научитесь, не боги горшки обжигают, – подбодрил Иван,
управившись с несколькими «сникерсами», и принялся нажимать крохотные кнопочки
на супертехнологичных джеймсбондовских часах, разыскивая таймер. – И начнем с
табличек для углекислого газа: задерживаем дыхание на все увеличивающиеся
промежутки несколько раз подряд, со все меньшими паузами на отдышаться. Сядьте на
колени удобно, чтоб ничего не мешало. Вдыхаем глубоко, но не плечами, а диафрагмой
– то есть животом – чтобы воздух шел в нижнюю часть легких. Ребра должны
расходиться шире, вот так, – он наглядно продемонстрировал процедуру.

Да у вас там воздуха, как в бочке! – завистливо пробормотала Кейко. – Где уж
нам за вами...

Ничего. Тем более, вам работать и тратить кислород не потребуется, я вас
поволоку.

Но там темно, как же не сбиться с пути? – спросила Амико.

Для начала я по компасу – тут и он есть в суперчасах, оказывается. А потом по
кабелю будем руками перебирать. То есть я буду перебирать, а вы за меня
держаться. Человек при обычном дыхании использует всего пять процентов
кислорода из того объема, что вдохнул, так что резерв есть. Кроме того, женщины
экономнее дышат, и некоторые чемпионки очень даже этим пользуются. Ладно,
приступаем к табличкам. Если голова закружится, говорите мне. Ну, начали!..

Час
спустя Иван, наконец, пощадил девушек, надышавшихся до кругов в глазах и
вымотанных гипервентиляцией, позволив им отдохнуть.

З-зачем же все эти пытки, Банька-сан?.. – простонала Кейко, держась за Амико.
Кажется, ее тошнило. – Хотите нас уморить, следы преступлений заметаете?!

Ну, здравствуй, я за свои дела отвечаю, что натворил – все мое, – усмехнулся
Иван, и пояснил: – А табличками мы сейчас с вами здорово подняли уровень
содержания углекислого газа.

Но какой в этом смысл? Он же вредный?

Почему вредный? Газ сам по себе не токсичный – в отличие от СО, моноокиси – СО2вполне инертный. Но фишка в том, что в человеческом организме он активно
вовлечен в метаболизм, и реакция на него соответствующая. Вот вы только что
вдыхали, а потом задерживали дыхание, так?

Да, и через некоторое время глаза начинали на лоб лезть!

Вдохнуть хотелось, ага? И чем дальше, тем сильнее – аж спазмы начинались? Так
вот именно повышение уровня углекислого газа и вызывает желание вдохнуть. Не
исчерпание кислорода в тканях, до него еще долго, а вот углекислота повысилась
– и диафрагма аж сжимается, невыносимо, требует воздуха. Если потеряешь
сознание, то автоматически начнешь дышать. И вот мы сейчас сделали что –
повысили углекислоту, как бы привыкли к ней на время. Теперь дольше сможем
вытерпеть, пока захочется дышать, – рассказывал Иван, одновременно аккуратно
выкладывая кабель свободными витками на краю ротора, чтобы он мог легко
разматываться вслед за уходящим в тоннель пловцом.

Вот интересно! А мы и не подозревали.

Ну, так, вас на подводных пловцов и не готовили же. И вот надо вам знать, что
есть еще и кислородные таблицы – там немного по-другому идет тренировка. С
кислородом другая засада – он как бензин в организме, пока есть запас, человек
работает. Но когда бак пустой – брык, теряешь сознание. Не так уж и трудно
довести себя кислородным голоданием до обморока. Теми табличками осторожно
приучают организм к пониженному проценту кислорода, чтобы дольше работал на
бедной, так сказать, смеси. Хуже того, есть такая штука, как shallow water
blackout – это когда ныряльщик, почти
израсходовав кислород, всплывает, и внешнее давление воды при этом падает, то
нередко случается мгновенная потеря сознания. На воздухе и ничего бы, а в воде
захлебываешься – и прости-прощай.

Ужас какой! – схватилась за щеки Кейко. – И мы тоже так захлебнемся?!

Нет, вряд ли. Глубоко мы не пойдем, хотя под водой придется долго пробыть. Ну,
если вдруг с кем случится, то верный способ помочь – искусственное дыхание.

Дзинко кокё, – кивнула Амико. – Нам в школе объясняли, как оказывать первую
помощь, если у кого-то остановилось сердце.

Вот-вот. Еще и непрямой массаж сердца помогает, но для утопленника чаще всего
одного искусственного дыхания хватает, чтоб его оживить. Тебе ли не знать,
милая моя, – кто бы мог подумать, что этот грубый вояка смог говорить так мягко
и нежно; что он вложит в простые слова столько тепла, благодарности и любви.
Амико
чуть покраснела и опустила ресницы, не найдя, что ответить, и Кейко, видя затруднительное
положение подруги, пришла ей на помощь, наигранно хохотнув:

Ха, и ни одна уважающая себя пляжная серия в аниме без него не обходится! Банька-сан,
вы там перед концертом на плотине говорили что-то такое про литераторов,
которые нас с вами сочиняют. Неужели, думаете, они нам новую собаку подложили?
Мало им драматизма?.. Снова заставят кого-то фансервисно откачивать? Мы же
вроде и так уже устроили зажигательное эччи... тьфу, да тут уже и не эччи даже,
а настоящая взрослая эротика! Чего им еще от нас надо?!.. – искренне возмутилась
Кейко.

От этих сволочей всего можно ожидать. Потешили одни инстинкты, а теперь им, может,
драму подавай. Не удивлюсь, если и ядерную войну к финалу прикрутят или еще
какое адство. Ох, вернусь домой, возьму еловый дрын и навещу Союз писателей,
выясню, что там к чему, – пригрозил Иван.

Увы, исламистов придумали не ваши гипотетические писатели, – вздохнула Амико. –
Они настоящие.
Кейко
инстинктивно обняла себя за плечи руками.

Но кто же они такие, эти варвары? Неужели нормальным людям могут прийти в голову
такие зверства? Бабушка в детстве пугала меня страшными сказками про
чертей-они, чтобы я ела мисо-суп, и я никогда в них не верила, но теперь…
теперь мне кажется, что они в самом деле существуют, и вдруг вырвались из
ада!..

Романтический взгляд, как и ожидала от тебя, Кейко-тян, – скептически пожала
плечами Амико. – Но никаких чертей не бывает. Помнишь, в учебнике же писали про
теорию «конфликта цивилизаций» Фукуямы: это просто исламофашисты, террористы с
радикально нетерпимой и антисовременной доктриной, которые отрицают все
ценности западной цивилизации.

Думаешь, я такое запомню? – Кейко виновато высунула язычок. – Вызубрила перед
экзаменом, и на следующий день забыла.

А зря, – назидательно подняла палец Амико, которая, как раз, могла похвастаться
очень хорошей памятью и редкой для обычной японской школьницы склонностью
разбираться в сути вещей. – В дополнительных материалах еще писали, что
исламизм – третья тоталитарная идеология после фашизма и коммунизма. Он предлагает
нелепый средневековый подход к проблемам современной жизни. Ретроградный и
агрессивный, он притесняет немусульман, угнетает женщин и оправдывает
распространение власти ислама с помощью силы.

Вот это память у тебя, Ами-тян. Падаю ниц! – Кейко действительно изобразила
земной поклон, правда, получилось это у нее не по-восточному, а по-японски.
Выпрямившись, она драматически прошептала: – Придется мне довольствоваться
ролью второй жены.

Да ладно, это только у мусульман там деление: первая, вторая, любимая, –
усмехнувшись, помахал рукой Иван, продолжая выкладывать кабель. Его было более
двухсот метров, и это занятие не грозило быстро кончиться. – У вас же, японцев,
как ни возьмешь гаремник, так главный самец всех своих тян обожает одинаково.
Поровну, так сказать, по-честному.

«Поровну» – это вовсе не всегда «по-честному»! – подмигнув, возразила Кейко.

Этот вопрос мы позже разъясним, – кивнул Иван, и повернулся к Амико, которая,
кажется, покосилась на Кейко с некоторым беспокойством. – Насчет же
тоталитаризма – это полная ерунда. И Фукуяма ваш тоже сказочник еще тот.

В самом деле? – Акеми с любопытством наклонила голову. – Но вы ведь, наверное,
сможете опровергнуть его утверждения, Иван-сан? Просто так назвать
«сказочником» – это не аргумент.

Опровергну, что бы и нет. Прежде всего, глупо то, что исламских радикалов
называют «террористами» и фашистами. Фашизм никакого отношения к исламу, даже к
самым отмороженным ваххабитам, не имеет. Это чисто ругательное слово – типа,
«отвратительный». Понять суть явления это нам не поможет.

Ну, здесь вы правы, наверное, – осторожно согласилась Акеми. – Фашизм ведь на
самом деле был в Европе.

Не только в Европе. Но очевидно, что смысл его был совсем другой, так же как и
гитлеровского нацизма.

Хорошо, но ведь то, что они занимаются террором, вы не будете отрицать? Я
помню, были какие-то очень страшные теракты в России, когда сожгли целую школу.


Ну да, Беслан. Жуткое дело было, – вздохнул Иван. – Однако же, надо понимать,
что «терроризм» – это просто один из приемов вооруженной борьбы, «запугивание»
если по-простому. Это когда нечеловеческой жестокостью и зверствами пытаются
подорвать у противника волю к сопротивлению, причем зачастую выбирая в качестве
цели нонкомбатантов, гражданских. Исламисты прием этот обожают, конечно, но они
в этом роде далеко не единственные. Если на то пошло, то во время Второй
мировой как раз самый масштабный терроризм и начался – вспомнить хоть
англоамериканские налеты на города Германии или вашу Хиросиму. Столько народу
не угробил ни один другой террорист, никакое другое движение. Исламисты
стараются, конечно, но и им еще далеко. Как видите, «демократы»-то террористы не хуже них.

Подождите, Банька-сан, но ваша Россия же тогда воевала и против Германии и
против нашей страны, даже я помню, – вмешалась Кейко. – Чего же вы тогда
ругаете ваших тогдашних союзников американцев?

Потому что террор – это плохо и неправильно. Хочешь воевать, пожалуйста, бей по
военным целям. Но мирняк гробить некрасиво. Да и далеко не всегда помогает,
кстати. Уж на что мерикосы Вьетнам стирали в порошок – бомб вывалили больше,
чем за всю Вторую мировую! – но волю вьетнамцев так и не сломили. Но ладно, я
не об этом, в целом. Возвращаясь, к терроризму – понимаем, что метод этот
многие используют, одних лишь исламистов так ругать несправедливо.

Звучит логично, – согласилась Амико, но на этом не остановилась. – Тогда как же
их правильно называть, и в чем же причина того, что их так много, по-вашему?

Называть... ну, исламистами и надо называть, хотя у них там тоже полно всяких
течений. А вот причину понять и нам было бы полезно, потому что мы с вами через
нее непосредственно и страдаем. И не одни мы.

Расскажите, расскажите, Банька-сан, – посерьезнела Кейко. – Если вдруг убьют,
так хоть знать бы, за что.

А главная причина нынешнего исламского
радикализма
– колониализм и нынешний грабеж
Ближнего Востока и прочих мусульманских и немусульманских стран, которым
занимались европейцы и теперь занимаются американцы. Теперь не колонии, а
методы похитрее применяют, вроде долларового насоса, вытягивая ресурсы и
рабочую силу за бесценок, но суть так же. Запад грабит Восток. Вот вам и
реакция на это. Рождаемость у мусульман большая, молодых людей там огромное
множество сейчас, но перспектив никаких – большинство стран нищие. Поэтому они
шатаются неприкаянно, и когда разные, зачастую местные же хитрецы им
подсказывают: «возьми автомат и бей неверных, из-за них вся беда», то и рады
стараться. Потому что настоящего понимания сути их проблемы у них нет, и как ее
решить они тоже естественно, не понимают.
– А как ее решить? – Акеми слушала очень
внимательно; чувствовалось, что этот вопрос интересует ее уже вовсе не для того
лишь, чтобы сдать экзамен.
– Ликвидировать грабеж одних стран
другими, а это можно сделать, только ликвидировав эксплуатацию человека
человеком в целом, – решительно пристукнул кулаком по ребру турбины Иван. – И
единственная идеология, которая правильно показывает дорогу – марксизм.
Коммунизм, короче.

То есть, получается, радикализм этот никуда не денется, пока третий мир такой
бедный, и его, как вы говорите, грабят богатые страны Запада?

Именно. Так и будет продолжаться, пока причина не исчезнет. Мало того, будет и
дальше разрастаться, как раковая опухоль.

Значит, единственным противоядием может быть коммунистическая идеология?

Да, конечно. Пролетарский интернационализм – все люди друг другу браться,
независимо от национальности, никто никого не эксплуатирует, никто никого не
грабит. Напротив, все друг другу помогают – те кто побогаче живет, более
умелый, помогает тем, кто победнее.

И сильный защищает слабого... – прошептала Амико, кивнув в такт своим мыслям. –
Как вы, Иван-сан, защитили нас, беспомощных девчонок. Вы не воспользовались
нами, как другие, вы дали нам оружие и научили сражаться...

Ну, примерно так, – Засельцев смущенно почесал в затылке. – Извини, я вообще-то
не собирался так вас грузить. Хотя на эту тему можно говорить и говорить.

Откуда же вы все это знаете, Банька-сан? – поинтересовалась Кейко. – Неужели в
русских школах такое рассказывают?

Да как же, они тебе расскажут, – поморщился Иван, выкладывая последний виток и
завязывая на конце кабеля петлю. – Строй у нас теперь такой же
капиталистический, как у вас, поэтому школьникам дурят головы всякой ерундой и
псевдофилософами, вроде того же Фукуямы с «концом истории». Конец, блин, у него
в штанах... пардон май френч. Мне-то глаза дядька открыл – ученый мужик,
историк. Как, бывало, сядет с нами за праздничный стол, так тут же давай мозги
прочищать всяким несознательным родственникам, только пух и перья летят. Я,
конечно, не особый интеллектуал, но убеждения он мне помог создать, не жалею, и
совет дал. Надо учиться, книги читать. По крайней мере, понимаешь, что вокруг
творится, «что такое хорошо, и что такое плохо».

Наверное... наверное, я последую этому совету. Да. Надоело блуждать в потемках,
– подняла голову Амико. – Когда мы вернемся, я буду учиться еще усерднее.

А я буду крепить пролетарский интернационализм! – весело заявила Кейко. – Я для
себя самое главное выделила: русский с японцем – тоже братья навек! Давайте
обнимемся  по-братски, Банька-сан!

По-братски, скажешь тоже... – усмехнулся Иван, но ласково притиснул и погладил
по спине прильнувшую к нему и довольно мурлыкающую девушку. – Ну, ладно,
передохнули, пора и делом заняться.
Когда
Кейко с сожалением отпустила его, Засельцев заменил бинт на бедре парой
нашлепок из пластыря, и деловито опоясался прямо поверх плавок ремнем со снятой
с одной из разгрузок кобурой и штык-ножом.

Значит, я проныриваю тоннель и тащу за собой ходовой конец...

Как конец может ходить? – картинно удивилась Кейко, хотя по глазам был видно,
что она просто дурачится, пытаясь подавать нарастающее нервное напряжение.

Цыц. Ваше дело – подавать мне кабель, чтобы быстро уходил в воду, не запутался
и не тормозил. С первого раза весь тоннель не проплыть – я занесу кабель как
можно дальше и вернусь.

Но он же тяжелый, утонет!

Привяжем пластиковые бутылки взамен поплавков – освободите-ка их, кстати. На
конце будет одна и по длине две.
Вылив
минералку частью в рот, частью в колодец, кабель оснастили импровизированными
поплавками – теперь даже оптоволоконные жилки не должны были полностью увлечь
его на дно.

Сигналами мы обмениваться не сможем: дергать ненатянутый конец бессмысленно,
поэтому просто ждите, – продолжил Иван, разминая мускулистые руки и ноги. –
Сначала буду возвращаться, но когда пойду на всю длину наружу, то задержусь там
отдышаться и осмотреться, что к чему. Если меня нет пять минут – значит, я там.
Но ненадолго – не пугайтесь. И сразу к вам обратно. По концу уже легче
получится.

Но все равно опасно, – проговорила Амико. По выражению ее лица разобрать, о чем
она думает, было невозможно.

Банька-сан, а точно все будет хорошо?.. – вот теперь голос Кейко отчетливо
дрогнул. Она явно представила себе самый жуткий исход – Иван уходит... и не
возвращается. Они остаются одни в мертвой подземной тишине, фонарики постепенно
гаснут, и наступает глухая бесконечная темнота. Навсегда.
Шмыгнув носом, она торопливо моргнула, чтобыотогнать слезы.
–  ...По-пообещайте!

Обещаю, – твердо кивнул Иван. – Я же не любитель какой, а специалист... э-э-э,
что-то мне вдруг это напомнило. Ба!.. Словами Сагары Соске[2] вдругзаговорил – и сам не ожидал.
Похлопав
по плечу пытающуюся улыбнуться сквозь слезы Кейко, матрос спецназначения продел
руку в петлю на конце кабеля, сдвинув его до плеча – чтобы тот не мешал
работать руками – проделал последнюю порцию дыхательных упражнений и рыбкой
нырнул в колодец.
Фонарики
запоздало высветили светлую фигуру, исчезнувшую в глубине, и остался лишь
равномерно скользящий в воду кабель. Амико быстро поднимала и отпускала вниз кольцо
за кольцом, чтобы он не мог зацепиться за что-то или запутаться. Взгляды обеих
девушек приковались к этой жилке, словно пытаясь через нее передать надежду
вырваться из сдавленного миллионами тонн бетона подземелья и вернуться к свету.


[1]Праздник цветения сакуры в Японии. Японцы рассаживаются под цветущими деревьями
и квасят.

[2]Главный герой серии Full Metal Panic Гато Сёдзи.
 
ТимофейДата: Пятница, 10.02.2017, 12:04 | Сообщение # 156
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
Засельцев
мощно работал руками и ногами, несмотря на то, что глаза затопила тьма.
Непроницаемая, первородная, господствующая здесь безраздельно – даже мысль о
том, чтобы бросить ей вызов, большинству людей показалась бы безумной.
Впрочем,
Иван внимательно рассмотрел мелкий трехмерный чертеж, где были обозначены
контуры водовода – конструкция не представляла каких-то особых сложностей для
пловцы; здесь не было ни решеток, ни лопастей. Сюда можно было бы без проблем
заплыть на «Тритоне» – минисубмарине, которую морские разведчики и подводные
диверсанты использовали для того, чтобы пробираться к вражескому берегу и в
закрытые гавани. Но это было и минусом – в просторном тоннеле, не видя, как
следует, стенок, было проще простого сбиться с курса и плавать кругами, пока не
кончится воздух.  
Единственной
надеждой оставался компас в шпионских часах, исправно показывающий курс,
которым следовало двигаться к выходу на поверхность. Сгибая руки для очередного
гребка, Иван каждый раз бросал взгляд на стрелку, сильнее подгребая правой или
левой ногой, чтобы не отклоняться от спасительного направления. Кроме того, он
следил и за секундомером, безучастно отсчитывающим синие циферки. Проделав
несколько тренировочных заплывов туда и обратно неподалеку от колодца, он уже
знал, на сколько минут хватит воздуха при активной работе мышц, стремительно
сжигавшей кислород. Безопасный рубеж, от которого ему еще стабильно хватило бы
воздуха на обратный путь, уже приближался, но и в висках уже начало стучать, а
мышцы гортани свели первые непроизвольные спазмы – организм требовал кислорода.
Конечно, он мог еще плыть и плыть, но этот звоночек напомнил, что любая ошибка
в этом заплыве станет роковой. Все естество требовало безоглядно рваться
вперед, к свету и воздуху, не думая ни о каких планах – но он помнил, что на
плечах лежит ответственность не только за собственную жизнь. Если тоннель
окажется длиннее, чем казалось, исходя из крошечного чертежа; если он
неправильно рассчитал силы; если вдруг компас врет из-за какого-то большого
количества металла поблизости, и он плывет не по прямой, а как-то еще – он не только
захлебнется сам, оставшись болтаться в темноте распухшей белесой тушей, пока
его не обглодают тропические речные рыбки, или не вынесет наружу напором
включившейся турбины. Все будет еще хуже – доверившиеся ему девчонки, ставшие
такими близкими и родными, погибнут страшной смертью в темноте от голода и
отчаяния, так никогда и не дождавшись помощи. Он не имел права лихачить и
бросаться вперед очертя голову – все нужно было делать, осторожно,
последовательно и расчетливо.      
Проплыв
около тридцати пяти метров в глубину тоннеля, Иван пересилил себя и поступил согласно
плану – сбросив с плеча петлю из кабеля и оставив ее плавно покачиваться под
пустой пластиковой бутылкой из-под минералки, он устремился обратно, следуя
вдоль белой путеводной жилки, повисшей, словно леска на поплавках.
 
Терпеливо
выпустив из легких выжатый чуть ли не до последней молекулы кислорода воздуха,
Засельцев сделал долгий-долгий вдох, жмурясь от прыгнувших в лицо лучей
фонариков. Свесившиеся сверху девушки смотрели напряженно, не решаясь спросить:
получилось ли? Иван успокоительно помахал ладонью и, еще раз провентилировав
легкие, сказал:

Все по плану, половину прошел.

Вот здорово! – хлопнула в ладоши Кейко.

Ну, кабель провесил, теперь иду до конца. Ждите спокойно.

Гамбатте!..
 
Второй
заход оказался проще – уже преодоленная дистанция не пугала, и вопрос остался
лишь во второй части дистанции, где сохранялась неизвестность. Быстро
добравшись до концевого поплавка, зависшего посреди тоннеля, не в силах поднять
увесистый кабель к самому своду, Иван, не останавливаясь, зацепил  петлю и поволок дальше, преодолевая заметновозросшее сопротивление. Впрочем, он лишь крепче стиснул зубы, думая о том, что
тащить здесь неопытных девушек будет намного сложнее – пусть они и показали
себя отнюдь не трусихами, но в давящей подводной темноте мог запаниковать и
самый стойкий человек. По совести, рассчитывать на то, что они смогут задержать
дыхание на те пять минут, что потребуются для преодоления тоннеля, он не мог.
Иван рассчитывал лишь на то, что, даже теряя сознание, большинство утопленников
в воде благодаря так называемому «дыхательному рефлексу млекопитающих»
инстинктивно сжимают мышцы гортани, блокируя вход в дыхательные пути и защищая
легкие от попадания в них воды. Быстро проведенное искусственное дыхание
позволяло вернуть такого человека к жизни почти со стопроцентной вероятностью.
Почти.
В
настоящем искусственном дыхании, конечно, никогда не было сексуального
подтекста, с таким упорством вкладываемого в ту не слишком романтичную
процедуру в аниме-индустрии – Иван предпочел бы целовать девушек совсем в иной
ситуации, а вовсе не на краю жизни и смерти. Но иного выхода сейчас не было –
придется рискнуть, даже если Кейко и Амико захлебнутся по дороге к выходу из
тоннеля, и их придется вытаскивать из клинической смерти.
Эти
мрачные мысли словно придали ему сил – руки и ноги работали равномерно и
гладко, словно поршни в машине, и награда не замедлила себя ждать. Впереди
чуть-чуть посветлело, стал виден край бетонного потолка, то есть верхнего свода
тоннеля, постоянно нависавший на головой раньше. Откуда-то выше него струился
долгожданный, бледный, рассеянный и дрожащий свет. Устремляясь к нему, Иван с
удивлением понял, что его встречает огромная тропическая луна.
С
трудом подавив желание выпрыгнуть из воды и закувыркаться, словно ошалевший от
радости дельфин, Засельцев осторожно, чтобы не наплескать, выставил голову и
жадно вдохнул пьянящий ночной воздух со вкусом тропических трав. Голова
закружилась, в груди сладко закололо… впрочем, как и полагается при легкой
степени кислородной интоксикации после злоупотребления углекислым газом. Как
здорово жить!..
 
Со
второго взгляда, когда романтический флёр чуть-чуть поблек, место, где Иван
вынырнул из ведущего от турбины водовода, уже не казалось таким уж
замечательным. Низкий бетонный потолок, сырые бетонные колонны – зато
происходящее здесь было совершенно невозможно разглядеть даже через стеклянную
стену турбинного зала, расположенную этажом выше. Если исламистам и пришло в
голову выставить там часовых, они все равно ничего бы не увидели и не услышали
за шумом воды, бьющей через временный водовод где-то ближе к правому берегу. Более
того, уклон русла Салуина здесь был немалым, да и подпор от плотины остался на
верхнем бьефе, поэтому вода снова начинала разгоняться, уходя вниз длинной
глубокой шиверой, добавлявшей шума.
Отличное
место для всяких тайных делишек. Впрочем, расслабляться не стоило – здесь было
штук шесть или семь гидроагрегатов и, соответственно, столько же подводных
водоводов, как две капли похожих на тот, откуда вынырнул Засельцев. Он пошарил
вокруг, подтянув поближе перегруженный кабелем поплавок-бутылку. Не хватало еще
перепутать тоннели, и нырнуть не в тот, где ждали девушки.
Повертев
головой и еще раз прислушавшись, он уже начал дыхательные упражнения, готовясь
к обратному заплыву, когда какое-то шестое чувство заставило его повернуть
голову в сторону нижнего плеса. Метрах в десяти посреди мелких волн, доходящих сюда
от временного водосброса, вдруг мелькнуло что-то черное и круглое, двигающееся
не в фазе с волнением. Более того, в свете луны слабо-слабо бликнуло стекло...
водолазная маска?..
Боевой
пловец?.. Или даже несколько? Значит, исламисты все же отправили дозор к
нижнему бьефу плотины, следить за тем, не плавает ли тут кто-то неправильный? Или
хотят проверить, не заложил ли кто здесь бомбы, раз уж эта плотина для них так
важна? Чертыхнувшись про себя, Иван быстро осмотрелся – но других
подозрительных объектов или субъектов поблизости не наблюдалось. Что же,
противник один… он потянулся за сидящим в кобуре пистолетом, но передумал. Поднимать
сейчас шум решительно не следовало – любая заваруха или перестрелка здесь
поставит крест на спасении Амико и Кейко. Поэтому он быстро выхватил из ножен штык-нож,
ушел под воду так, чтобы торчали только глаза, и бесшумно заработал ногами,
подкрадываясь к ничего пока не заметившему противнику, чтобы внезапно утащить
его под воду и там прирезать или сломать ему шею.
Увы,
его план оказался прерван самым драматичным образом.
Острое
и совершенно внезапное ощущение опасности заставило Ивана замереть, но он все
равно оказался совершенно не готов к тому, что произошло в следующую секунду.
Вода вдруг толкнула его снизу, так, словно рядом стремительно прошло какое-то
массивное тело, и он вдруг почувствовал, что туловище сжала какая-то
непреодолимая сила, мгновенно и без всякого затруднения подняв его из воды. Скосив
глаза, Засельцев увидел совсем рядом гладкую мокро блестящую черную кожу, белое
пятно на ней чуть дальше, и… поблескивающий небольшой глаз, уставившийся на
него. Ивану потребовалось еще несколько мгновений, чтобы, наконец, осознать –
он плотно зажат в пасти какого-то громадного водяного зверя, а грудь и спину
сжали кошмарно-длинные, хотя и довольно тупые конические зубы. Судя по тому, как
легко это непонятно откуда взявшееся чудовище подняло из воды в воздух крупного
мужчину, оно по размерам не уступало крокодилу… да нет, было еще больше и
тяжелее!
Словно
и этого было мало, Иван увидел, как находящийся метрах в семи неизвестный
водолаз резко обернулся к нему и замер, глядя на эту гротескную картину. Затем
в его руке возникло какое-то оружие с длинным тонким стволом, но водолаз не
открыл огонь, а неожиданно прокричал звонким девичьим голосом:

Батончик, фас!.. Откуси ему башку!!!
…На
чистом русском языке.
 
ТимофейДата: Пятница, 10.02.2017, 12:05 | Сообщение # 157
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
Подождите…
Батончик?..
Неведомое
подводное чудище как будто поняло приказ. Плеснуло мощным плавником и задрало
голову, словно намереваясь подбросить добычу в воздух, чтобы половчее
растерзать. Чувствуя, как страшные клыки, способные поспорить с зубьями
циркулярной пилы на лесопилке, начинают сжиматься, Иван изо всех сил уперся
руками в челюсти и отчаянно завопил:

Стой-стой, еж твою мать!!!.. Как же я без головы?!..
Крепкое
русское выражение, огласившее плес тропического Салуина – впрочем, и так уже
привычного ко всему – несколько сбило с толку противника. То есть – противницу,
которая явно относилась к редкой породе боевых пловцов-диверсантов. Нацеленный
на Ивана ствол дрогнул, продемонстрировав знакомое треугольное основание мушки
подводного автомата АПС, стоявшего на вооружении морских разведчиков-диверсантов
СССР и РФ.
Незнакомка
помедлила еще пару секунд и бросила:

Фу!
Нажим
кошмарных зубов дисциплинированно остановился. Судя по всему, чудовище работало
с нею в паре, беспрекословно слушаясь ее приказов.
Впрочем,
несмотря на то, что немедленно и кровожадно перекусывать Ивана пополам пока не
стали, освобождать его тоже никто не спешил.
Диверсантка
оказалась рядом – одним стремительным движением, на которое можно было засмотреться,
совершенно не колыхнув воду. Рассмотрев неожиданную добычу, она подозрительно
наклонила голову:   

Ты кто такой? Русский?..

Русский, русский! И совершенно невкусный!..

Пошути мне тут! – сурово отрезала диверсантка, и ткнула Засельцеву стволом чуть
ли не в нос. – Говори – кто, откуда, что тут делаешь. А не то велю загрызть,
понял?

Не надо меня грызть! Матрос первой статьи краснознаменного Тихоокеанского флота
Засельцев! Двадцать лет, кстати.

Хм... – приспособившиеся к темноте глаза Ивана не упустили озадаченную
гримаску, в которую под маской сложились губы незнакомки. Очень красивые губы,
кстати. – И что ту забыл ТОФ? Вас тут много таких? Вззхоббитов.

Больше ни одного, – честно ответил Иван. – В этих местах я редкий, уникальный
вид. Случайно сюда попал, в целом. Дело было так...
 
Выслушав
краткую историю приключений Ивана, диверсантка удивленно присвистнула,
выпустила в воду булькнувший на ремне автомат и даже сдвинула на лоб маску.
Хммм...
пожалуй, ее не стоило бы называть диверсанткой, поскольку диверсантки редко имеют
такую модельную внешность. Ясные серые глаза, правильные и нежные (хотя и с
решительным выражением) черты лица, мокрый русый локон, выбившийся из под
неопренового капюшона – все это больше подошло бы русалке. Правда, хвост она
пока демонстрировать не спешила, вместо этого отдав команду своему ручному
зверю.

Ладно, выплюни его, Батончик. Похоже, не врет; действительно невкусный.

Абсолютно!.. – быстро закивал Иван. – ...Питался черт пойми чем, мылся редко...
В
этот момент чудище широко раскрыло пасть, и Засельцев почувствовал, как что-то
гибкое, горячее и мокрое поддало ему в спину, выкинув в воду и заставив
окунуться с головой. Подавив естественное желание как можно стремительнее
дернуть прочь, Иван отфыркался и в свою очередь спросил:

Что это хрень такая, вообще?! Крокодил?..

Сам ты крокодил, – сердито ответила русалка. – Это боевая косатка... ну, пока
еще косатеныш, зовут его Батончик. Будешь обзываться, не стану его
отговаривать, если решит тобой позавтракать. Он как раз голодный уже третий
день.

А что сразу наезжать-то?.. – обиделся Иван. – Не я же его зубами хватал, между
прочим, а он меня. И ни за что, по сути.

Ничего себе ни за что! Вынырнул темной ночью за спиной с неясными намерениями.
Скажи спасибо, что сразу не проглотили.

Вот спасибо, так спасибо, – скривился Иван. – И кто ты такая-то? Тоже ведь
русская? Так могла бы и представиться. Натравила акулу и еще хамит.

Какую акулу, нафиг?.. Косатку – то есть крупнейшего хищника на земле, цени
высокую честь, – фыркнула русалка. – А зовут меня Аленой, и мы с тобой, матрос
первой статьи, почти земляки. Я из Питера.

Не понял... – удивился Иван, – я вроде не говорил, откуда я.

Так ты же из Владика? Я из Питера-Камчатского. Соседи, выходит.

Фига себе соседи – там две тыщи километров!

Ты не с Дальнего Востока, что ли? – прищурилась Алена.

Ну да, из Подмосковья я. Служил только на Русском.

Э-э-э, понятно все с тобой. наши никогда так не скажут. У нас от Питера до
Владика рукой подать считается.

Ладно, про географию потом. Хотелось бы все же узнать, кто ты, и что тут
делаешь со своим чудищем облым, озорным стозевным и лаяй.
Боевая
косатка, названная Батончиком, высунула огромную башку из воды, и, казалось, с
интересом прислушивалась... то есть прислушивался к разговору. Теперь Иван
отчетливо рассмотрел узкий и острый, точно лезвие меча, спинной плавник,
торчавший над поверхностью почти на метр. То, как Батончик, не светя им над
водой, незаметно подкрался и сцапал вовсе даже не шумевшего и неплохо тренированного
боевого пловца, заставляло воспринимать его более чем всерьез.

Я?.. М-м-м, – русалка вдруг задумалась. Кажется, попытка формально обозначить
свой статус вызвала у нее определенные затруднения. – Ну, наверное, я
партизанка. Охочусь на тех самых игов, которые вас тут гоняют.

Сама по себе? – поднял бровь Иван. – У нас там на острове Русском сидят и
суровые флотские зоологи, дрессируют всякое зверье, чтоб нашего брата, морского
разведчика, ловить. Правда, я только про дельфинов и морских  львов слыхал, эдаких чудищ там не держали.Сколько в нем длины-то, в этом твоем Батоне? Тут ведь на 949 проект намек, я
верно понял?

Ага. Дядя посоветовал, он таким командовал. А длины пока шесть метров и почти
две тонны, когда вешали последний раз. Но с тех пор он отожрался, сейчас и
побольше будет. Вырастет, заматереет – получится метров девять и тонны
четыре-пять. У него родословная хорошая, породистая.
–  Две тонны?.. Ни фига себе! – присвистнулИван. – Как целая торпеда прямо. Но потолще, потолще. Видно, что кушает хорошо.

Еще бы! Но спортсмен, между прочим, – русалка почесала гладкую черную кожу на
лбу косатки, и тот довольно хрюкнул, качнув туда-сюда плавником, точно пес
хвостиком. Судя по всему, зверь, названный в честь огромного атомного ракетного
крейсера – действительно сверху напоминающего батон – не только с готовностью
подчинялся хрупкой хозяйке, но и преданно ее любил. – И мы не из бухты Витязь, где
на самом деле сивучи и белухи, а из камчатского филиала. Нештатно, правда.
Батончик там вырос, но потом нас турнули оттуда, чтоб не обжирали
краснознаменный флот. Жлобы, – закончила, поморщившись, Алена.

Значит, это типа не наши вас сюда заслали, ага? И АПС ты на барахолке купила,
по случаю? – саркастически уточнил Иван. – Давай, не вешай на уши лапшу. Я тебе
честно рассказал все, что можно, а ты заливаешь.

Хочешь – верь, хочешь – нет, – пожала плечами русалка. – Крыша кое-какая есть,
но не ВМС РФ, нет. Хотя и союзники, если подумать. И я тебе все на свете
рассказать и не обещала, еще чего. Может быть, ты вообще шпион ЦРУ, кто тебя
знает.

Штирлиц шел по Бирме, цепляясь парашютом за баобабы? Хрена ли мне тут делать с
русским языком-то?

А ты же сам говорил про афганцев. Запросто мог бы тоже каким-нибудь злым
чеченом оказаться, они вместе с игами по всему миру шарятся.        

Я похож на чеченца?

Не особо. Только потому тебя сейчас Батончик и не выковыривает из зубов.

Но у меня как бы и доказательства есть.

Какие?

Так две ояшки же, в турбине сидят.

Ояшки? – удивилась русалка, которая, судя по всему, аниме не смотрела. – Это
японки твои с самолета?

Ну да. Ждут меня, переживают, наверное. Уже решили, поди, что я утоп и им там
тоже конец.

Значит, ты пронырнул метров семьдесят? Без ласт? Нормально, – оценила русалка.
– Ладно, пойдем, выручим твоих самураек.
Девушка
опустила на глаза маску, подтянула поближе гофрированный шланг с загубником и
негромко и замысловато посвистела, судя по всему, отдавая команду Батончику.
Огромный зверь понятливо хрюкнул расположенным на макушке дыхалом, одновременно
набирая воздуха, и подставил крутой гладкий бок, по которому шла нейлоновая
стропа, представляющая собой нечто вроде упряжи, держащей еще и пару
седельных... нет, пожалуй, переметных сумок.

Хватайся за стропу. И держи длинный шланг, – русалка-диверсантка передала Ивану
первую ступень регулятора – загубник, собственно говоря – на длинном шланге. На
спине у нее оказалась плоская черная коробка, из которой выходил идущий вокруг
шеи толстый шланг, уходящий через другое плечо обратно в коробку.

Ребризер? Погоди, а как ты со мной собираешься делиться?.. – начал Иван, но
русалка махнула рукой.

Это тебе резервный регулятор открытого цикла. Будешь пузырять, но в тоннеле
никто не заметит же. Пошли – держись покрепче. 
Стоило
Ивану вцепиться в стропу рядом с Аленой, она хлопнула косатку ладонью, и та
мигом нырнула, безо всякого труда неся на себе двух человек.
Обратная
дорога сквозь подводный тоннель оказалась до смешного легкой – спокойно дыша из
резервного баллона, Засельцев рассматривал мелькающие в луче зажженного
русалкой герметичного фонаря швы на бетонном своде и выпускал устремляющиеся к
нему пузыри. Роскошное расточительство!
Батончик,
работая невидимым в темноте мощным хвостом и ловко подруливая грудными плавниками,
просвистел вдоль повисшего в толще воды кабеля секунд за тридцать. Иван еще
издали увидел нервно прыгающий в колодце луч фонаря – девушки сидели над
ротором, снедаемые тревогой. У него мелькнула мысль о том, что спешка не всегда
кончается хорошо, но что-то исправить времени уже не осталось.
 
ТимофейДата: Пятница, 10.02.2017, 17:42 | Сообщение # 158
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
– Не бойтесь, это я! – торопливо выплюнув загубник, крикнул Засельцев, едва
показавшись над водой. Девушки, отшатнувшиеся от колодца, где вдруг вынырнуло
неведомое чудище, и бросившиеся к лежащим в сторонке автоматам, остановились,
озадаченно глядя друг на друга. Они еще не успели решить: воевать, бежать или
вернуться, когда между бетонных ребер появился Иван, живой и здоровый, а за ним
стройная фигурка, обтянутая черным неопреновым гидрокостюмом, в ластах, с
аквалангом на спине и с автоматом со странно широким магазином в руках. Что
было страннее всего – пришельцы не карабкались из колодца по кабелю, их словно
на лифте подняла непонятная сила, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся
длинным черным хвостом, заканчивающимся раздвоенными лопастями.
– Б-б-банька-сан!.. – всхлипывая от пережитого волнения и испуга, Кейко кинулась
и повисла у него на шее, совершенно вымочив свою сутану. – Я уж решила, что вы
утонули, мутировали и превратились в зомби-акуло-мутанта!.. А теперь пришли за
нами, чтобы увлечь в подводное царство и заставить обрасти чешуей!
– Ну, у тебя и фантазия, – покачал головой Иван. – Спасибо и на том, что не
собрался заставить вас икру метать.
– А кто это с вами? – спросила Амико, настороженно разглядывая незнакомку.
– Да вот, не поверишь! Удивительная встреча! – развел руками Иван, перейдя на
английский язык. – Соотечественница, полуземлячка вдруг выскочила, как из-под
земли.
– Из-под воды, – поправила девушка по-английски же. – Меня зовут Алёна.
– Хадзимэ мастэ[1],Арена-сан, – вежливо поклонилась японка. – Мое имя Акеми Амико, а ее – Маэми
Кейко. Иван-сан вырвал нас из рук террористов, и мы пытаемся выбраться отсюда. А
как в Мьянму попали вы?
– И кто она, вообще, такая? – высунулась Кейко, подозрительно оглядывая гостью с
ног до головы, – и что там за монстр?
Русалка, ничуть не смутившись, щелкнула пружинками и сбросила ласты; расстегнула
несколько пряжек и опустила на бетон жилет сложной конструкции с навешенным за
спиной ранцем ребризера, оплетенный многочисленными шлангами и отягощенный навесными
подсумками; поставила рядом подводный автомат. Избавившись от тяжести,
потянулась, забросив руки за голову. Тонкий гидрокостюм нескромно обрисовал
достойные формы: русалка могла похвастаться не только спортивной фигурой но и
выразительным бюстом. Во взгляде Кеко немедленно вспыхнула зависть, особенно,
когда загадочная Алена откинула на спину неопреновый капюшон вытащив из под
него короткую, но на редкость толстую русую косу. Сознавая произведенное
впечатление, слегка усмехнулась, уперев руку в крутое бедро.
– Я, как бы, партизанка. Резистанс, если по-английски.
– Местное Сопротивление? Вы тоже против Исламского государства?
– Еще как против. Но не сказать, чтобы местное – сюда я издалека забралась.
– Снизу по Салуину, получается? – уточнил Иван. – Но это же морская косатка, да?
Не думал, что они и в реку могут заплывать. Тем более, тут пороги всякие,
шиверы.
– А, Батончику пофиг,  – махнула рукойАлена. – Настоящих порогов тут нет, а по быстринам где не проплывет, там на
брюхе проползет. Вот рыбу речную ему не поймать, конечно – мелкая. Пришлось так
кормить, с рук.
– С рук?.. – не понял Иван.
– Да козу подстрелили какую-то, он и сожрал за милую душу. Ну, это все лирика. У
вас, как я понимаю, сейчас главная задача – свалить поскорее из этой мясорубки?
– В точку, – кивнул Засельцев. – Нам тут хреново пришлось.
– Очень здравая мысль, – подняла палец Алена. – Вы даже не представляете, как
хреново здесь может стать спустя еще некоторое время.
– Банька-сан, Банька-сан, – Кейко демонстративно подергала Ивана за руку. – А
русские все и всегда приходят, когда на носу Апокалипсис?
– Приходят, но не ко всем, – ответила вместо него русалка-диверсантка. – Только к
тем, кому повезло.
– Клянусь богами, мы везунчики, – заметила Акеми.
– Редкостные, – согласилась Алена. – Короче, моя группа сейчас преследует банду
игов, которая тащит сюда крылатую ракету с ядерной боеголовкой.
– Твою же ж мать!.. – Засельцев как стоял, так и уселся на бетонный скат
водовода. – Только этого вот нам и не хватало!
– Атомная бомба?.. – ошарашенно пробормотала Кейко.
– Не удивляйся, – даже с каким-то садистским удовлетворением проговорила Амико. –
Тебе же сказали – ад всегда следует за русскими по пятам.
– Не очень хорошая шутка, Амико, – покачал головой Иван, и повернулся к вестнице
апокалипсиса. – Так, откуда у игов ядерные заряды – понятно, захватили в
Пакистане. И здесь, раз тут нарисовалось такое мощное наступление на
юго-восток, им самое место. Наверное, собрались с китайцами воевать?
– Мне не докладывали, – пожала плечами русалка. – У нас задача ее уничтожить. Но
нас мало, и мне нужна ваша помощь. Ты же боец подготовленный, судя по твоим
делам.
– Вот это честь! – восхитился Иван. – Со всех сторон предложения, так и сыплются.
– Это уже третье, не считая нашего контракта на съемки фильма «Ад каннибалов», –
последовательно выпрямила загнутые пальцы (так делают японцы, наоборот) Кейко.
– Причем все три за последние сутки. Вы необычайно популярны, Банька-сан.
– Не поняла, о чем речь? – подняла брови русалка. – Поясните.
– Мы ведь не просто так на это чертовой плотине оказались, – почесал в затылке
Иван. – Сначала столкнулись с китайскими спецназовцами, они нас попросили помочь
плотину эту самую захватить у местного каренского ополчения.
– Спецназ НОАК? А где они? – быстро переспросила Алена.
– Погибли все. Тут этой ночью была та еще мясорубка – еще и китайских вертолетов
посбивали целую кучу. Потом нас загнали в эти подземелья, и тут встретился
какой-то шпион какого-то СМЕРШа.
– СМЕРШ? – глаза русалки вспыхнули. – А он где?
Сбежал куда-то, когда нас зажали, но обещал связаться снаружи. Если выберется, конечно,
– Иван поднял руку с супер-часами.
– На него можно рассчитывать, если придется воевать? – спросила Алена, точно так
и надо было.
- Кто ж его знает. - Засельцев помолчал, испытующе глядя на нее, потом тоже вздохнул.
– Нас там в 42 отряде дрючили-дрючили, готовили, вбивали гордость за высокое
звание спецназовских морских лосей, отчаянных дуболомов.
– ...Маскулинных таких, – проницательно вставила Кейко.
– Вот-вот. А как доходит до дела, так воевать приходится ОЯШкам, бирманским
пацанам и бирманским сушеным шпионам, китаянкам из кордебалета и
партизанкам-ихтиологиням. Куда катится мир?.. Непорядок какой-то.
– Спорить не стану, – лаконично согласилась русалка-партизанка. – А по главному
вопросу какой ответ? Я не могу заставить тебя и твоих ояшек помогать мне, но
дело плохо, а кончиться может вообще пушным зверьком.
– Но ты же не одна, говоришь? И так круто упакована – ребризер-то у тебя не чета
нашим ИДАшкам. Глядя на тебя, я, грешным делом, обрадовался, решил, что
какой-то лютый спецназ идет нам на подмогу.
– Если бы, – вздохнула Алена. – Мы партизаны, иррегуляры, любители.
– Частная военная компания? – вдруг поинтересовалась Амико.
– Нет, не за деньги. Скорее, по зову сердца.
– Несколько дней назад я бы не поверила вам, – задумчиво проговорила японка. – Но
теперь я немного лучше понимаю русских – и не удивляюсь. Если атланты устанут,
то наверняка просто попросят вас прийти им на смену.
– Спасибо на добром слове, – Алена мимолетно улыбнулась и снова повернулась к
Ивану. – Так как?
– Я лично готов. Средства ядерного нападения противника – наша законная цель, –
ответил тот решительно. – Особенно, если ты поможешь вытащить девушек в
безопасное место.
– Такого места я тут не знаю, но отсюда вылезти, конечно, помогу. И благодарю за
поддержку.
– И какой у нас, получается, план? Сколько там игов? На чем они? – перешел к
конкретике Засельцев.
– Нас навели с опозданием – они уже прошмыгнули на каком-то неприметном траулере вдоль
побережья с запада, со стороны Читтагонга, – пояснила Алена. – И пустились
вверх по Салуину на нескольких РИБ[2]-ах. Везутпакистанскую крылатую ракету «Бабур» в пусковом контейнере – здоровенная такая труба.
– «Бабур» – это, типа, паковский «Томагавк»? А какая боеголовка?
– Двести или триста килотонн.
– Охренеть, – покачал головой Иван. – Мы тут только что подслушали игов, и они болтали,
что удар планируют нанести через двадцать... уже через пятнадцать, получается, часов. По Гонконгу.
– По Гонконгу?.. – русалка-партизанка задумалась. – А дальности ему отсюда хватит?


[1]«Приятно познакомиться» (яп.)

[2]Полужесткие надувные лодки RIB.
 
ТимофейДата: Понедельник, 06.03.2017, 16:46 | Сообщение # 159
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
Вытащив из подсумка водонепроницаемый тактический планшет военного образца, она деловито
провела расчеты и озадаченно хмыкнула:
– Не складывается. От плотины «Бабур» до Гонконга не достает с гарантией – здесь
больше полутора тысяч километров, а у него дальность – около семисот.
– Погоди, – Иван нагнулся через плечо русской девушки, которая, несмотря на приличный
рост и фигуру (на зависть ояшкам), рядом с ним выглядела очень маленькой. –
Может, семьсот – это с конвенционной боеголовкой? Тогда с ядерной он может
намного дальше лететь, она же легче, вроде?
– Нет, с фугасной головой он всего на 450 километров летит, так что семьсот с атомной
для него предел, – уверенно парировала Алена.
– Ага… действительно, – прочитав ТТХ в табличке, Засельцев, почесал в затылке. – Значит, кто-то где-то врет.
Теоретически, игиловские передовые отряды могут сейчас уже ломиться туда, на
запад, в Таиланд или даже Лаос, и ракету здесь перегрузят на какую-то пусковую
– не с надувной же лодки ее пускать, ага? – и потащат по дорогам туда, чтобы
сократить дистанцию…

…Но не за десять же часов они приблизятся к Гонконгу на восемьсот километров!..
– закончила за него русалка. – Невозможно. Значит, вы что-то не то слышали. Да
и по логике – зачем игам сейчас стрелять ядерным зарядом по Гонконгу? Основное
наступление идет на юго-восток – через Мьянму на Таиланд и далее по Малайскому
полуострову на Малайзию, Сингапур и дальше в Индонезию, на соединение со
сторонниками. Там сейчас как раз массовые мусульманские волнения и восстания, я
на них насмотрелась уже. В регионе сильных армий, которые им в этом могут
помешать, немного – НОАК и вьетнамцы. У тайцев армия так себе, в Индонезии
тоже; Сингапур там вооружался изо всех сил в последнее время, но и их армия
численно не впечатляет.
– Тем более, до них еще и не дошло, – кивнул Иван. – Сейчас игиловцам в первую очередь
китайцы пытаются помешать – помимо вот этой несчастной попытки захватить
плотину, майор Шун Ци поминала, что части НОАК наступают с севера и сюда, и еще
там где-то, западнее. Я бы на месте игов именно по ним бы и жахнул ядерным
зарядом.
– Вообще непонятно, зачем им сдался Гонконг? – вмешалась Кейко. – Я китайцев не
особо люблю, но если бы там что-то такое случилось, с миллионами жертв, все
равно было бы их жалко.
– Ну, я же тут недавно про них распинался; террористические методы они даже очень
уважают, а удар по мирному городу – тут именно террор на первом месте, чтобы, значит,
запугать противника.
– Конечно, зверств от ИГ можно ожидать любых, самых кошмарных, – согласилась
Алена. – Но и в плане тактики и стратегии они сейчас действуют очень ловко,
постоянно оставляют всех противников с носом…
– Как Гитлер перед Второй мировой войной, – вставил Иван. – Тоже всех запутал,
наипал и обманул. Всегда ударял там, где не ждали.
– Вот-вот. И надо помнить, что ядерного оружия у них немного, бесцельно
разбрасываться им они не станут. Возможно, здесь есть какое-то второе дно, –
задумчиво продолжила русалка. Молчавшая до сих пор Амико вдруг подняла голову:
– Когда афганец говорил, что некий ТАНТАЛ намеревается устроить новый дижхад, упомянул,
что Китай и Вьетнам начнут уничтожать друг друга.
– Китай против Вьетнама?.. – Иван замер на секунду. – А ведь и верно, если бы игам
удалось их стравить…
 
ТимофейДата: Понедельник, 06.03.2017, 20:26 | Сообщение # 160
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
– Помните разговоры в диспетчерской? – напомнила Амико. – Очевидно, что Исламскому
государству в этой операции помогала какая-то хорошо законспирированная сеть,
связанная и с Японией, и с США. По крайней мере, эти плотины начали строиться
чуть ли не десятилетие назад – то есть заговорщики планировали с большим
размахом, надолго.
– Хочешь сказать, что их коварный план еще коварнее и хитрее, чем мы слышали? –
уточнила Кейко. – И что они уже придумали, как разобраться с китайцами?
– Вот это очень верно подмечено, – вдруг кивнула Алена. – Я сама была свидетелем
нескольких странных делишек у островов Спратли, из-за которых КНР и Вьетнам в
последнее время очень друг на друга сердиты. Они и так там бодались, а теперь
уже и оружие в ход пошло. Кажется, кто-то в самом деле очень активно пытается
их стравить. Правда, я думала, что это американцы... хотя пушечным мясом там
работали именно исламисты. Хм.
– И, выходит, если вдруг сегодня ядерная боеголовка прилетит по Гонконгу, то на
кого китайцы подумают? А прилетит-то она, кстати, со стороны Вьетнама – если
отсюда стрелять, других вариантов нет, смотрите! – ткнул пальцем в карту на планшете
Иван. – Вот вам и казус белли!..
– Думаете, они решат, что это вьетнамцы? – с сомнением сказала Кейко. – Но это же
полными безумцами надо быть для такого.
– Китайцы, кстати, пока были не в курсе, что именно тут творится – для Шун Ци
этот прорыв тоже оказался сюрпризом, – напомнил Иван. – Если вдруг начнется
такая горячка, да еще на фоне тех провокаций, про которые говорила Алена,
всякое может случиться.
– В Пакистане исламистам досталась не одна ракета, они там конкретно вооружились
на саудовские денежки, и весь арсенал теперь и игов. Кто знает, а вдруг
одновременно прилетит и по Хошимину? – задумчиво развила мысль русалка. – Да,
такую версию нельзя сбрасывать со счета. Против нее только то, что крылатая
ракета до Гонкогда отсюда просто не долетит.

Так, может, этот гад другую ракету и имел в виду? – задумался Иван. – Но тут с
тем, что мы пока знаем, точно не сказать. Давай лучше вернемся к нашим здешним
баранам, то есть овце... хм-хм... нехорошим людям.

Да, – кивнула Алена. – Они поднимались снизу на трех лодках, но одна сломалась,
и они ее бросили. Боевиков там десятка два. Вечером они остановились на ночлег
километрах в пятнадцати ниже по течению, и я их, наконец догнала, и прошмыгнула
вперед – чтобы разведать, что тут и как.
– Верхом на Батончике? Он что, так легко чешет против течения?
– Силы ему не занимать, километров семь-восемь в час выдает, даже против струи, –
гордо сказала русалка. – Он вообще торчит от порожистых речек: надеется снова
повстречать вкусную нерестовую краснорыбицу, как на Камчатке.
– Гурман, однако. Но ты лучше расскажи, сколько там у вас народу в отряде
поддержки, с какими силами будет устраивать засаду на муслимов. Сколько там у
вас тяжелого оружия, сколько вообще штыков? – с предвкушением потер руки Иван.
– Два. То есть две.
– Две роты?..
– Нет, единицы. Ну, то есть две девицы, – смущенно покрутила мпальчиком на ладони
русалка.
– Что-о-о-о-о?!.. – схватился за голову Засельцев. – Вы сдурели?! На двадцать
бармаглотов с ядерной ракетой втроем выходить?.. Да еще и одними девками!!!
– Вчетвером, – обиженно ответила Алена. – И Батончик-то у нас самец.
Батончик, который, видимо, заскучал в одиночестве в колодце, и незаметно высунул голову,
чтобы посмотреть, что делает хозяйка, выбрал именно этот момент, чтобы издать
вопросительный полусвист-полувздох. Дескать: «Меня звали»?..
Кейко не сдержалась и нервно прыснула.
– Просто комедия получается! Банька-сан уже губы раскатал, думал, на подмогу идут
мускулистые загорелые головорезы с закатанными рукавами, а там... пхххх!..
– Мне кажется, это заговор, – убито пожаловался Иван. – Опять бабская команда! Прямо
как в каком-то дурацком гаремнике!..
– Но если соратницы Алены-сан такие же, как она, с них будет больше толка, чем от
нас с Кейко, – самокритично вздохнула Амико.
– Соратницы... хммм... бандитки те еще, – не слишком понятно заметила Алена. –
Проблема еще и в том, что у водного мотоцикла кончился бензин, и они отстали.
Потому-то мне и пришлось в одиночку прошмыгнуть вперед, чтобы придумать хоть
что-то. Положение сложилось отчаянное, и если бы я не встретила вас... было бы
нехорошо.
Иван сокрушенно вздохнул и почесал в затылке.
– Ну, засаду на пару надувных лодок мы устроить сможем, хотя и без гарантий.
Стволов-то у них намного больше, могут просто подавить огнем. Жаль, пулемет
пришлось бросить. А река-то широкая.
 
ТимофейДата: Вторник, 07.03.2017, 16:19 | Сообщение # 161
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
– Метров сто, – подтвердила Алена, в последний раз потянувшись и нагибаясь за
своим ребризером. – И у меня только подводный автомат, на воздухе достает
недалеко. Хорошо, что у вас тут целых три калашника. Не забудьте их, когда
будем выбираться. Давайте, собираемся и готовимся пронырнуть наружу.
– Да я скорее голову забуду! – тихо пробурчала Кейко. – Но до чего же
самонадеянная девица, только бы ей командовать!..
– Но она владеет обстановкой даже лучше Ивана. Видела, как он признал ее
лидерство? – так же негромко ответила Амико. – Было бы глупо ее не слушаться.
– Ага, вот так послушаешься, послушаешься, а она раз – и уведет его! Видела,
какая грудь?.. И блондинка к тому же. Да еще и русская, и такая же отмороженная
милитаристка, как и Банька-сан.
– Нет-нет, я не думаю, что все русские такие, – возразила Амико. – Просто
Алена-сан… ммм… птица того же самого полета, что и Иван-сан…
– Вот о том я и говорю, – хмыкнула Кейко. – Видали мы таких ихтиологов, мда.

Впрочем, неожиданная новая знакомая полностью оправдала репутацию ихтиолога... или
ихтиологини? – выход наружу через темный затопленный тоннель, при одной мысли о
котором у девушек еще несколько минут назад замирало сердце, теперь, с помощью ездовой
косатки, превратился уже не в героическое предприятие с равными шансами на успех
и неудачу, а во вполне рабочий, технический момент.
Надев полностью загруженные боеприпасами разгрузки и повесив на спину автоматы
(которые, как бы ни храбрилась Кейко, вернее всего пришлось бы бросить, если бы
им пришлось выбираться своим ходом), Амико и Кейко осторожно слезли в колодец, инстинктивно
стараясь держаться подальше от огромного лаково-черного зверя. Батончик же,
время от времени подгребая грудными плавниками, высунул морду из воды и
разглядывал новых пассажирок с интересом и – кажется – даже с юмором.
Алена велела всем уцепиться за нейлоновую стропу, обхватывающую гладкое тело перед
плавниками, таким образом, что на загривке косатки повисли с каждой стороны по
два человека.
– Все поняли? Держитесь крепко, и будет флотский порядок, – строго напомнила она.
– Разрыв шаблона, – потихоньку прокомментировал Иван на ушко же висящей рядом с
ним Кейко. – Все мои старшины прям обожали эту фразочку про «флотский порядок».
Но вот кавайности им недоставало – голоса хриплые, прокуренные.
– Маскулинные, – кивнула Кейко, и в ее голосе против воли почувствовалась печаль.
– Прекрасно вас понимаю Банька-сан. Если бы такая ослепительная девушка
появилась у нас в школе, я тоже бы ей записочки в ящик для туфель подбрасывала.
– Гхм... – подавился от неожиданности Иван. Впрочем, он почти сразу же понял, в
чем дело, и мягко прижал ее к себе. – Странные у вас обычаи. Но если бы и мне
пришлось, я бы, пожалуй, все же подкинул тебе.
– Все мужчины врут, – смутившись, пробормотала Кейко, невольно чувствуя, как
кольцо надежных рук быстро изгоняет тревогу.
– Держите загубник, – устроившаяся по ту сторону холки Батончика Алена протянула
им регулятор на длинном шланге. – Дышите по очереди, если потребуется.
– Ну, двадцать секунд – это несерьезно, – пожал плечами Иван. – Главное, не
забудьте продуть уши, как я учил.
Кейко и Амико, которые выглядели довольно необычно, засунув в рот регуляторы и глядя
расширенными от страха глазами, синхронно кивнули.
– Тогда опускаться будем не спеша, – подытожила Алена. – Когда продуетесь, подайте
мне сигнал, – взяв руку Амико, она похлопала себя по обтянутому неопреном плечу.
– Как увижу, что все в порядке, поплывем быстро. Вопросы?
– Никак нет! – хором ответили все.
 
ТимофейДата: Четверг, 09.03.2017, 13:57 | Сообщение # 162
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
Подводное путешествие прошло настолько гладко, что напоминало скорее какой-то аттракцион
в аквапарке. Мощно и уверенно работая хвостом, Батончик, абсолютно без
напряжения неся на себе четверых седоков, промчался по водоводу, даже не
заставив девушек вынимать изо рта загубники, чтобы дать вдохнуть своим
напарникам – а для Ивана и русалки задержать дыхание на полминуты не составило
никаких сложностей.
Выскочив из тоннеля, косатка не остановилась в тени гигантской плотины, а, пользуясь
особенно густой предрассветной темнотой, скатилась по быстрой и шумной шивере –
все равно среди валов и бурунов рассмотреть черную спину было невозможно даже в
двух шагах, не говоря уже с затянутых легким туманом берегов.
Плавание по поверхности бурной реки оказалось не таким простым делом, как движение на
глубине, но в спокойной воде. Беспорядочные валы увесисто хлестали в лицо,
умывая и заставляя жмуриться, постоянно окуная с головой и пытаясь оторвать
судорожно вцепившиеся в упряжь руки – если бы не возможность дышать из ребризера
и резервного баллона, Кейко с Амико наверняка наглотались бы воды с непривычки.
Покосившись на спутницу, Амико увидела, что та, опустив на лицо маску и вставив
в рот дыхательную трубку, не испытывает никаких затруднений – поймав ее взгляд,
русалка спокойно показала ей сложенные колечком пальцы: «все окей». Впрочем,
ничего удивительного в этом не было – странная русская, как минимум, добралась
сюда по реке сот устья именно таким способом, и для нее такой способ
передвижения явно был не в новинку. Иван, хотя и без маски, тоже чувствовал
себя в своей стихии – вовремя пригибался, когда очередная волна с размаху
шлепала в лицо, отфыркивал брызги и пену, и, улучив момент, делал быстрый вдох.
Не забывая при это заботливо поддерживать Кейко, которая зажмурилась, изо всех
сил и прижавшись к гладкому боку Батончика, уже совершенно забыв его бояться.
Салуин миновал скальное сужение и потек ровнее, разлившись широким плесом. Из укрытых
туманом береговых джунглей доносились трели ночных птиц и скрип цикад. Речные
путешественники миновали три поворота, несколько отмелей и небольших островков.
Повинуясь незаметной команде, Батончик резко свернул к берегу, где мелкие волны
омывали беспорядочно наваленные булыжники, выскочил брюхом на узкий галечный пляжик
и остановился, фыркнув и выпустив из дыхала струю брызг.
– Слезайте, приехали, – возвестила Алена, и, ловко дернув за тонкий шланг,
вытащила загубник изо рта у Кейко. Амико сама вернула ей смонтированный на
гофрированном шланге загубник ребризера и вежливо поблагодарила:
– Спасибо, Алена-сан, вы нас спасли.
– Да ладно, тут ничего сложного не было, – та лишь махнула рукой, сняла ласты и
деловито осмотрелась. – Подходящее местечко. Здесь и устроим засаду... ай!..
Русалка внезапно пискнула совершенно девичьим, разительно выбивающимся из образа крутой
диверсантки образом. Виновником оказался боевой представитель класса зубатых китов,
который выжидательно поерзал на пузе, скрипя галькой, скосил глаз на хозяйку, и,
не дождавшись реакции, похлопал ее по спине – то есть, не совсем по спине, которая
была закрыта плоским корпусом ребризера, а немного ниже – длинным гибким грудным
плавником. Людей, ранее не имевших дел с косатками, могла бы поразить гибкость их
плавников и ловкость, с которой они ими орудуют, но специалиста это бы ничуть не
удивило – ведь известно, что эти плавники представляют собой обратную эволюцию структурно
весьма близких к рукам передних конечностей, которая произошла у млекопитающих,
вернувшихся в океан с суши. Как бы то ни было, но Алена, получив увесистый шлепок
по попе, проделанный с быстротой и внезапностью, свойственной опытным дон-жуанам,
подпрыгнула от неожиданности. Не остановившись на достигнутом, Батончик ловко перекатился
на бок и деликатно куснул девушку за ногу – то есть не столько куснул, сколько обозначил
такое намерение, на что-то явно намекая. Впрочем, хозяйка лишь досадливо стукнула
охальника по лбу.
– Тьфу, отцепись, животное!.. Сейчас жрать нечего, потерпи. Где я тебе возьму?..
 
ТимофейДата: Четверг, 09.03.2017, 16:12 | Сообщение # 163
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
Кейко, которая расслабилась, видя, как скрылась за спиной титаническая плотина, теперь
уже навсегда ассоциирующаяся с грохотом стрельбы и железным запахом крови,
испуганно вцепилась в локоть Ивана. Видимо, ее внезапно догнала мысль о том,
что столь легкомысленно кататься на огромном чудовище – как выяснилось, голодном,
кровожадном и чуть ли не людоедском – не слишком-то безопасное занятие.
– А... о-о-он н-нас не с-съест?..
– Нет, не бойся, – тут же вступилась за честь своего питомца Алена. – Людей он не
употребляет, даже самых нехороших. Если и загрызет кого, выплевывает потом. Тем
более, оно и не требуется; обычно он просто хлоп хвостом – и кранты.
Заявление, которое вряд ли бы истолковали в суде в пользу подзащитного, вызвало на губах
Амико странную усмешку. Кажется, она уже настолько привыкла к царящему вокруг гротескному
безумию, что начала находить в нем какое-то извращенно удовольствие.
– Благодарю вас, Алена-сан, теперь мы совершенно спокойны. Хорошим людям ведь
ничего не грозит, не правда ли?
– Абсолютно, – хладнокровно кивнула русалка, не ведясь на подначку. – Он
дрессированный, нападает только на врагов, и только по моему приказу. А вообще
к людям относится по-дружески. Даже если меня нет рядом, можете ничего не
бояться.
Повернувшись к Батончику, она четко обвела рукой собседников и с нажимом произнесла:
– Друзья, понял?..
Косатка понятливо фыркнула и вдруг, с удивительно быстротой подавшись на метр вперед,
лизнула руку Амико горячим шершавым языком, после чего довольно вильнула раздвоенным
хвостом одновременно со спинным плавником. Несмотря на совершеннейшую внешнюю
непохожесть, Батончик своими ухватками создавал впечатление жизнерадостного
щенка.
– Но меня он сцапал очень даже профессионально, – Иван машинально потер грудь, на
которой уже не осталось отпечатков от огромных клыков.
– Да, дрессировка включала и приемы борьбы с боевыми пловцами, как для обычных
боевых дельфинов и морских львов, – кивнула Алена. – Хотя мы пошли дальше:
глупо было бы пытаться использовать его для обороны, когда косатка –
совершеннейший хишник на планете, самой природой предназначенный именно для
нападения. Он кого угодно может порвать в два счета.
– То есть, тренировались нападать на вражеские базы, защищенные боевыми
дельфинами? – догадался Засельцев.
– И это тоже. Хотя о массовом призыве косаток на службу можно и не мечтать – их
слишком мало, и насилия они не любят. С Батончиком все же уникальный случай,
других таких не было и не знаю, будет ли, – ответила русалка, ласково потрепав
питомца по холке. В ее голос неожиданно прозвучали мечтательные, мягкие нотки:
– Вот если бы не тащить их в человеческие разборки, а по-настояящему узнать и
подружиться, сколько пользы они могли бы принести!
– Но я читала, что китов-убийц сравнивают с волками, только живущими в океане, –
заметила Амико. – Они чистые хищники, что общего может быть у косаток с людьми?
– Здесь больше предрассудков, чем правды. Ты вот сказала «killer-whale» – как их
называют по-английски. Но если углубиться, то выяснится, что назвавшие их так
европейские китобои имели в виду совсем другое – «убийца китов», а не
«кит-убийца». Косатки быстро заметили, когда люди начали охотиться на китов,
убивая их в огромных количествах и бросая туши с полусрезанным мясом, и стали
следовать за ними, доедая то, что люди выкинули. Были даже случаи, когда
косатки загоняли китов под гарпуны, чтобы самим не утруждаться.
– Но разве это не доказательство их хищной природы?
– Так ведь и волки поступали точно так же. И не успели оглянуться, как
превратились в собак, верных друзей и помощников человека. Люди обязательно будут
осваивать океан, и помощь тех, кто там чувствует себя, как рыба в воде, нам будет
очень кстати.
– Не, я понимаю – вот диверсантов ловить, как дельфины, но что еще ни могут сделать?
Собаки вон – на охоте помогают, скот пасут, а косатки? – озадаченно спросил Иван.
– Почему бы и им не пасти? – усмехнулась Алена. – В море полно всякого зверья, которое
можно было бы приручить и одомашнить, как коров, овец и коз. Да и пользы было бы
не меньше. Знаете, какое вкусное молоко у ламантина? И дают сколько – доить, не
передоить! А если их разводить в море, то и пастухи с овчарками потребуются.
Кейко и Амико обменялись взглядом, едва удержавшись от того, чтобы покрутить пальцем у
виска – новая знакомая оказалась еще более странной, чем ожидалось. прочем, с точки
зрения нормального человека всех ихтиологов можно было рассматривать, как несколько
прибабахнутых.
Впрочем, Засельцев к новой идее отнесся с нескрываемым интересом, хотя сразу и выдвинул следующий
контраргумент:
– Так ведь ламантины в на юге, в жарких странах живут, где их у нас разводить?
Моря-то у нас все больше холодные.
– Во-первых, почему обязательно у нас? – парировала Алена. – Человечеству надо за
ум целиком браться, без исключения, иначе так и будет драться между собой.
Объединятся народы – вот тебе и теплые моря, пожалуйста. А во-вторых, есть
такая общая биологическая закономерность – в теплых водах обитает на порядок больше
видов, но численность каждого из них невелика. А в холодных водах количество
видов намного меньше, зато численность особей каждого из них на тот же порядок
больше. Знаете, какие стада китов ходили, пока от берега не отчалили китобои?
На одной ламинарии в русской Арктике можно выкормить невероятные стада.
– Но ламантины же все замерзнут нафиг! А когда полярная ночь начнется и лед
встанет? Что-то ты фантазируешь, подруга, – скептически покачал головой Иван.
– Так работать надо, селекцией заниматься, генетикой! Если на то пошло, есть же
еще и стеллеровы коровы, и все ламантины с дюгонями им и в подметки не годятся!
– разгорячилась Алена. Хладнокровную русалку стало попросту не узнать. Казалось,
она совершенно забыла, где находится, забыла про оружие и предстоящую засаду на
исламских радикалов, волокущих ядерную ракету – ее глаза вспыхнули незнакомым ярким
светом.
– Мэд сайентист, – благоговейно прокомментировала Кейко, тоже зачарованно наблюдавшая
за дискуссией. – Типичный сумасшедший ученый, прямо только что из аниме.
 
ТимофейДата: Четверг, 09.03.2017, 17:58 | Сообщение # 164
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
– Кхм... – Алена остановилась на полуслове и, кажется, немного покраснела.
Амико же задумчиво кивнула: то ли каким-то своим мыслям, то ли подтверждая правоту
подруги, и заметила:
– Кажется, я слышала про стеллеровых коров – они жили на север от Японии, на Командорских
островах. Однако этих животных истребили еще в 18 веке, их больше нет.
– А вот это мы еще посмотрим, – не слишком понятно ответила Алена и взглянула на
часы, возвращаясь к не слишком-то приятной действительности. Девушка вытащила
планшет и сверилась с картой, затем снова заговорила тем холодным,
рассудительным голосом, который новые знакомые слышали с самого начала: – Скоро
рассвет, игиловцы наверняка уже сворачивают лагерь. Сюда им добираться около
часа, пора планировать засаду. Вы составите береговое звено, мы с Батончиком –
подводное.
Возвращение к прежнему образу крутой и собранной диверсантки прошло гладко – Алена
сосредоточилась на главной задаче с той же энергией и целеустремленностью, но у
японок, с извечным женским вниманием оценивавших новую знакомую, возникло
ощущение, что в глубине души ихтиология ее интересует намного больше, чем
боевые действия. Впрочем, сейчас все остальное поневоле отходило на задний
план.
Иван тоже встряхнулся, и теперь не терял времени даром – осторожно нажимая кнопки чудо-часов
огромными пальцами, он умудрился отправить оговоренное сообщение «Джону». Всего
минуту спустя часы пискнули, обозначая пришедший ответ.
– Отлично, наш шпионский друг с Тун-Тином тоже выбрался с плотины. Спрашивает,
где мы.
– Игиловцам он нас не сдаст? – прищурилась Алена. – Подмога нам очень нужна,  но рисковать срывом всей операции тоженельзя.
Иван задумался.
– Если не говорить про то, что Акеми – дочь одного из исполнителей плана тех, кто
подыгрывает ИГ, то мы с девчонками ничего такого собой не представляем. Так что
и сдавать нас особого смысла не было. Если бы у него было желание – то он мог
бы это проделать запросто. Но, как я понял, шпион этот их противник – «смершевец»,
чтобы это ни значило – и он точно в курсе, что здесь что-то такое нехорошее затевается.
– Да! Он совершенно точно говорил про провокацию, «ложный флаг» и нападение на
Китай, – вспомнила Амико.
– Надо с ним союзничать, другого выхода нет, – кивнул Иван.
– Хорошо, – согласилась Алена. – Тогда зови его сюда. Только не пиши прямо, что
мы знаем про ракету, вдруг перехватит кто-нибудь.
– Игиловцы?.. – усмехнулся Засельцев. – Да брось, до серьезной радиоразведки они
еще не доросли. Тем более, тут зашифровано, как он сказал.
– Проблема может быть не в игиловцах. Сами же говорите, что им подыгрывают
какие-то подозрительные силы. А это, между прочим, могут быть очень и очень
нехорошие люди, – назидательно подняла палец Алена. – Вот к примеру...
Девушку прервал плотный гул реактивных двигателей, стремительно накатившийся с юга. В
темном небе быстро прошла на средней высоте пара стреловидных силуэтов.
 
ТимофейДата: Пятница, 10.03.2017, 16:04 | Сообщение # 165
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 4999
Статус: Отсутствует
Командирголовной машины, полковник Ма Цилян завертел головой, пытаясь разобраться, в
чем дело, Ничего не увидев, он прокричал в микрофон:
–Фуцзян-3, наблюдаете противника?
Ведущий четверки экспортных Су-27 из 4 авиаполка 2-й истребительной авиадивизии ВВС НОАК ответил по радио:
–Гуаньчжоу-1, в передней полусфере никого не наблюдаем.  
–Но у вас же есть локаторы, разве на них ничего нет?..
–Пока ничего... стоп, фиксирую облучение с передней сферы, на десять часов, СПО
дает... дает то С, то Ф, не может точно определить тип локатора!..
–Вы слышали, что они сказали? Это могут быть американские F-22!
–Слышал, слышал... если так, то это малозаметный режим LPI,он работает уже давно, а мы заметили лишь сейчас!
Вразговор снова вклинилась чужая передача:
Биг чайнез гайз, зис из Раптор-222. Уменя приказ не допустить бомбардировки маршрутов перемещения эвакуированных
гражданских лиц.  Я имею разрешениеприменить оружие для их защиты. Это последнее предупреждение. Измените курс,
или мы откроем огонь.

–Проклятье, это действительно американцы!.. Откуда они тут? И что за наглое
вранье насчет гражданских? Или это гражданские там сбили наши вертолеты?! – сердито прорычал командир бомбардировочной эскадрильи и запросил истребители
прикрытия: – Фуцзян-3, вы можете атаковать противника?  
–Пока нет! Наши станции увидят их не больше, чем с 50 километров, а они ведут
нас почти сто!.. Если вступать в бой, то необходимо, снизиться на предельно
малую высоту! – ответил командир истребителей.
–Но мы-то не можем этого сделать! Американцы могут безнаказанно нас сбить! –А что я могу сделать?! В плане операции нет расчета на встречу с «Рапторами»,
иначе нас выдвинули бы намного дальше вперед. В такой обстановке я не могу
гарантировать надежное прикрытие бомбардировщиков!–Раз так, мы поворачиваем обратно! Очевидно, что они лишь прикрываются защитой
гражданских лиц, а на самом деле помогают исламистам, но сейчас мы ничего не
можем с этим поделать. Курс 045, повторяю, курс 045, мы возвращаемся на базу.      

–Кто это? Что за самолеты? – опасливо поинтересовалась Кейко, уже приученная жизнью
к тому, что с неба не стоит ждать ничего хорошего.
–Очевидно, не ИГИЛ, – предположила Амико. – То есть, я надеюсь, что они пока еще
не завели свою авиацию?
–Не надейся. Недавно они в Южно-Китайском море чуть ли не Пирл-Харбор устроили,
с налетами палубных самолетов, – ответила Алена.
–Но это были американцы. «Рапторы» с раздвоенными хвостиками трудно не узнать, –
покачал головой Иван. – Вопрос лишь в том, что они тут делали? По идее, после
того удара по ущелью, где нас накрыло, можно бы ожидать, что они и плотину бомбанут.
Но если вспомнить все эти шпионские дела и заговоры, выходит, что американцам-то
это как раз и невыгодно.
–Именно, – кивнула Алена. – Они тихонько потворствуют исламистам, и если те
сцепятся с Китаем и втянут его в кровопролитную войну, то они там будут только потирать
ладошки.
–И если иги все-таки вмажут по Гонконгу, китайцы взовьются и полезут на них – то
есть на Бирму, Бангладеш, Малайзию и Пакистан. Тогда месилово пойдет все злее и
злее.
 
FMP Форум » Разное » Творчество » Несчастный рейс » Текст
Страница 11 из 14«1291011121314»
Поиск:

Конструктор сайтов - uCoz